Jdi na obsah Jdi na menu
 


Глава 39

Однако полную караимскую Сефер Тора с припиской и подписью рабби Йакова из Таман Тарка в 4665г. (905г.) и книгу Последних Пророков в 198 пергаментных листов, с припиской в конце 4607г. (847г.), которые я нашел в бет-кнесете в 5598 году (1838г.), от меня спрятали, потому что сколько я их не искал, никак не мог найти.
Когда же я пришел искать с полицией как указано в рапорте, который я написал начальнику губернии, они ответили: Не знаем мы, куда они делись.
Также не захотели мне отдавать и перечисленные выше 12 вещей, и тогда я положил их в свой мешок с полицейской печатью и оставил у них на хранение.
(Начальник губернии, получив в Гезлеве от меня рапорт, взял этот мешок с печатью в Карасубазаре во время своей поездки вместе с графом Воронцовым в Каффу и привез его в Акмасджит).
3 хешвана, в рош ходеш по счету раввинистов, в бет-кнесете было объявлено: Если кому известно что-нибудь об этих книгах, пусть придет и скажет.
Но никто ничего не сказал, и я понял, что должен довольствоваться тем, то нашел.
В тот же день мы с рабби Шеломо Беймом выехали оттуда в Каффу, но сначала заехали в Солхат (Старый Крым), в котором остановились на ночлег.
Утром я пошел с открытым листом в ратушу и получил разрешение производить поиски на кладбище и в большом древнем бет-кнесете, который стоял без потолка.
Я нанял двух рабочих и до позднего вечера искал надписи на многих памятниках на одной стороне кладбища, но не нашел ни одной буквы.
В день пятый я искал на другой стороне кладбища и в овраге и так же ничего не нашел.
В день шестой я исследовал стены бет-кнесета, но нашел только имена посетителей.
В нижнем бет-кнесете на дверных косяках я нашел вырезанную квадратным шрифтом надпись Шма Исраэль.
Тогда я вернулся на постоялый двор и приказал подготовить подводу, чтобы поехать на шаббат в Каффу.
После обеда я приказал извозчику выехать за город и ждать возле кучи досок, находящейся рядом с кладбищем, а сам пошел вместе с рабби Шеломо на кладбище, чтобы прочитать зехер всем погребенным там.
Я направился к краю оврага, где были самые большие памятники величиною в четыре локтя, а на другой стороне оврага находилось мусульманское кладбище, и на его краю могила Кемаля Аты, царского врача, который по приказу царя был там похоронен.
Тут я обратил свое внимание на один памятник на краю оврага, ибо очень странным показалось мне, что часть памятника, находящаяся над ногами покойника, погрузилась в землю, а часть, находящаяся над головой выступала над землей.
Я начал копать землю палкой, которая была у меня в руке, и увидел, что под памятником в изголовье стоял тесаный камень, и поэтому эта часть памятника не погрузилась в землю.
Я стал откидывать землю в надежде найти еврейские буквы или какое-нибудь изображение, но ничего не нашел, однако за этим камнем показался другой, и на нем было изображение, похожее на маген Давид.
Не поверив своим глазам, я стал копать дальше и, выбрав землю, увидел надпись крупными буквами: Девлет, дочь рабби Аарона.
Я подозвал рабби Шеломо и показал ему это чудо, так как уже отчаялся найти хоть одну букву, а тут Господь показал мне целую надпись над могилою дочери нашего учителя рабби Аарона. (Вероятно это он, поскольку похоронен напротив Кемаля Аты).
Подошедший рабби Шеломо также обрадовался моей находке.
Этот памятник стал для меня ключом в моих поисках, так как теперь я узнал о существовании спрятанных памятников.
Меня поразила мудрость наших предков, которые предвидя будущее, зарывали камень с надписью в землю в изголовье умершего, а рядом, для сохранности надписи, ставили другой камень.
Однако всей надписи мне так и не удалось прочитать, так как два камня стояли близко друг к другу, а для того, чтобы вынуть из земли камень, который закрывал надпись, нужны были время и инструменты.
День же короток, а дорога длинная, до Каффы целых 25 верст, и почтовых лошадей на постоялом дворе не было, только лошади местных жителей.
Поэтому выкопанную мною землю, я засыпал обратно и положил на памятник для знака камни, чтобы потом найти его.
Помянув имена всех погребенных благословением жизни, да защитят их заслуги меня и весь Израиль, мы вышли из кладбища и отправились в путь. 
В Каффу мы прибыли вечером, и нас любезно принял у себя уважаемый гевир Шаббатай, муж сестры рабби Шеломо Бейма.
 
 

 

 

Z DALŠÍCH WEBŮ

REKLAMA